"Дорогая госпожа Милена". История любви к Милене Есенской в письмах Франца Кафки


Текст: Варвара Белая

 

Картинки по запросу милена есенская

 


Франц Кафка и Милена Есенская виделись всего пару раз, а их переписка продолжась лишь несколько месяцев. Однако это не помешало писателю влюбиться и называть девушку своей.
Варвара Белая рассказывает историю необычной любви через письма Франца. 

 

Прага. 1920 год. Кафка возвращается на работу в Агентство. Здоровье продолжает ухудшаться, из-за чего Франца все больше окутывает уныние. Спустя 2 года молчания он снова садиться за перо. На бумагу ложатся случайные мысли, зарисовки, высказывания. По написанному можно судить, что Кафка прибывает в глубокой депрессии.

 

Проходит два месяца. Снова творческий застой. Здоровье требует лечения. Он решает уехать в Южный Тироль. Там Кафка завязывает переписку с 24-летней журналисткой Миленой Есенской, которая занималась переводом его книг на чешский. Милена замужем за литературным критиком Эрнстом Поллаком. Живут они в Вене.

 

«Это живой огонь, какого я никогда раньше не видел», - рассказывает Кафка о Милене в первом письме к своему другу Максу Броду.

 

С девушкой Франц виделся только однажды. Да и то мельком. На момент начала переписки с Кафкой ей нездоровилось. Он был обеспокоен этим и принялся писать еще чаще.

 

***

 

В скором времени Франц и Милена перешли от разговоров о здоровье к более личным темам. В письмах Кафка часто пересказывает свои мысли. Пишет, что происходит на улице, у его приятельниц или просто о том, как он спал.

 

«Скажу сразу – а то Вы, чего доброго, против моей воли вычитаете это из моего письма: вот уже примерно две недели меня все сильнее донимает бессонница, вообще-то я не делаю из этого трагедии, такие периоды приходят и уходят, и для них всегда есть даже больше причин, чем нужно (это смешно, но, по Бедекеру, одна из них – меранский воздух), – хоть эти причины иной раз почти и не видны; как бы то ни было, от всего этого делаешься тупым, как чурбан, и беспокойным, как лесной зверь».

 

 

Из-за того, что их встреча была мимолетной, Франц жалуется, что совсем забыл черты девушки: «Я вдруг понял, что, собственно говоря, не могу вспомнить в каких-либо подробностях Вашего лица. Вижу только, как Вы тогда проходили между столиками в кафе, направляясь к выходу, Вашу фигуру, Ваше платье – это все еще вижу». Он зовет ее «Дорогая госпожа Милена».

 

Кафке нравится, как развиваются их отношения, он с удовольствием раз за разом перечитывает ее письма. Франц рад взаимопониманию. Однако не обходится и без мелких ссор. По большей части из-за мужа девушки.

 

Так проходят месяцы. Франц и Милена подумывают о встрече. Кафка переживает, что из-за здоровья не сможет побыть с девушкой и насладиться ее компанией. Он боится, что, увидев его слабым, Милена посчитает писателя скучным и больше никогда не взглянет.

 

***

 

29 июля в Вене состоялось их первое свидание. Они пробыли друг с другом четыре дня. Милена вспоминает об этом времени в письме к Максу Броду. Те мгновения она описывает как «безоблачное счастье». У Кафки впечатления более приземленные: «Первый день состоял из неуверенности, второй - из слишком большой уверенности, третий - из угрызений, четвертый был прекрасным днем». Но для обоих эти четыре венских дня останутся в памяти, как лучшее время в их жизни. Так началась вторая фаза отношений влюбленных.

 

Когда Кафка вернулся из Вены домой, в его голове, сердце, душе поселилось ранее незнакомое чувство. Писатель был свободен и одинок, но знал, что у него есть Милена:

 

«Это, может быть, не самая лучшая ситуация, возможно, я смогу вынести еще больше счастья, еще больше уверенности, еще больше полноты, но если я беру среднее, я чувствую себя так хорошо, и радостно, и свободно, вовсе этого не заслужив, я себя чувствую в такой мере хорошо, что боюсь этого, и, если нынешние условия продлятся еще немного без особых потрясений и я буду получать каждый день словечко от тебя и буду знать, что ты не слишком измучена, этого безусловно будет достаточно, чтобы сделать меня почти здоровым". И в следующий раз он вновь говорит о счастье, вводя в свои размышления недомолвку, которая заставляет насторожиться: "В твоих последних письмах есть две-три ремарки, которые сделали меня счастливым, должен сказать, отчаянно счастливым, поскольку все, что ты говоришь, тотчас же убеждает разум, сердце, тело, но существует также более глубокое убеждение - не знаю, где оно пребывает, - которое, похоже, никто не может убить».

 

Они продолжают вести переписку. Обсуждают здоровье, переезды. Часто вспоминают дни, проведенные в Вене. Франц все больше влюбляется в девушку. Он чувствует себя бесконечно счастливым и не устает писать об этом ей:

 

 

«Просто усажу тебя в кресло (ты говоришь, что недостаточно была добра ко мне, но разве это не высшая доброта, и любовь, и почесть – позволить мне присесть там у тебя и самой сесть напротив и быть со мной), – итак, я усаживаю тебя в кресло – и теряюсь, и не знаю, как выразить словами, глазами, руками, бедным сердцем это счастье – счастье оттого, что ты со мной, что ты все-таки и моя тоже. И ведь люблю я при этом вовсе не тебя, а нечто больше – мое дарованное тобой бытие». 

 

*** 

 

Спустя месяцы чувственных писем, Франц решается завести разговор о разводе Милены с мужем, и переезде девушки в Прагу. Но Милена совсем не торопиться уходить от Поллака. «Так обстоят дела, и это нисколько не странно, меня это не удивляет. Но что меня удивляет – и что, наверное, вообще невозможно понять, – это то, что ты живешь в этом «большом доме», всем своим существом ему принадлежишь, черпаешь в нем всю силу жизни, царишь в нем королевой и все-таки – это я знаю точно – имеешь возможность не только любить меня, но и быть всецело моей, перебежать по своему собственному ковру» - пишет Кафка.

 

В августе они встречаются снова. Но проводят вместе лишь день. Это свидание меняет отношение Милены к Францу. Она отправляется с мужем поправлять здоровье. Переписки происходят все реже. С этого момента Францем вновь овладевает чувство беспомощности, приходят уже знакомые страх и стыд. 

 

Франц в депрессии. Он снова возвращается к состоянию, в котором пребывал до знакомства с девушкой. Кафка пишет ей: «Я не знаю, в самом ли деле это еще любовь, когда я говорю, что ты самое дорогое из того, что я имею: любовь, ты нож, которым я причиняю себе боль».

 

Со стороны Милены – полное безразличие. Она посылает его по разным поручениям, не задумываясь о здоровье. Если Франц не справляется с каким-либо заданием, девушка упрекает его и злиться. Свое неоднозначное поведение Милена описывает в письмах Максу Броду:

 

«Я знала до последнего нерва, что такое его страх. Я вооружилась против этого страха тем, что поняла его. За те четыре дня, что Франк был со мной он утратил этот страх. Мы смеялись над ним. Если бы я с ним поехала тогда в Прагу, я осталась бы тем, кем для него была. Но я обеими ногами страшно приросла к этой земле, я была неспособна оставить мужа и, возможно, была слишком женщиной, чтобы иметь силу подчиниться на всю жизнь строжайшей аскезе, которая, как я знала, в таком случае меня ждет. А во мне существует непреодолимое, прямо бешеное стремление к совсем иной жизни, чем та, которую я веду и, вероятно, буду вести, стремление к жизни с ребенком. К жизни земной. То, что люди приписывают ненормальности Франка, является как раз его преимуществом. Женщины, соприкасавшиеся с ним, были обыкновенными женщинами и не умели жить иначе, как в своем естестве. Я скорее думаю, что мы все, весь мир и все люди, больны, а он единственно здоровый, верно чувствующий и единственно чистый человек. Я знаю, что он противился не жизни, а лишь нашему образу жизни… Он знает о мире в десять тысяч раз больше, чем все люди мира…»

 

 

Несмотря на это, Кафка и не думает отступать. Письма Франца пронизаны болью и страданием. Каждое ее письмо он ждет с счастьем и тревогой. Он болеет от любви, но, кажется, понимает, что все бесполезно:

 

«В любое время я ищу лишь возможность сообщить несообщаемое, объяснить необъяснимое, рассказать нечто, что есть в мозгу моих костей и что может быть пережито только лишь в мозгу моих костей. Может быть, это в сущности не что иное как страх, о котором я тебе говорил так часто, страх, которыйкак бы распространился на каждую вещь».

 

Отныне он просит ее молчать и не отвечать на его письма: «Вчера я советовал тебе не писать мне каждый день, я и сегодня не изменил своего мнения, так было бы лучше для нас обоих, и советую тебе это еще раз, а еще более настоятельно, - только, пожалуйста, Милена, не следуй моему совету и все таки пиши каждый день, хоть несколько строк, совсем коротенькие письма, две строчки, одну, одно слово, но без этого слова я смогу обойтись, только мучительно страдая».

 

В один момент они понимают, что никогда не будут вместе. Франц очень болел, ему не хватало сил, эмоций, не хватало жизни, чтобы что-то предпринять. «Каждый из нас живет в супружестве - ты в Вене, я со своим страхом в Праге. Так что, видишь ли, Милена, если бы я тебя полностью убедил в Вене, ты бы уже больше не была в Вене, а ты просто была бы в Праге. Все остальное лишь утешение».



Вы можете авторизоваться на сайте через:
Vkontakte Yandex Google

или введите Ваше имя:

Комментарии (0)